Жалейкина


Ссылка на рассказ (Лит-эра): https://lit-era.com/book/zhaleikina-b16757

Старость давно уже преследовала Дарью Ивановну Жалейкину. То мелькнет серебряной паутинкой в волосах, то ляжет тенью вдоль тонких губ, тронет глаза «гусиными лапками». Дарья Ивановна не поддавалась старости. Посещала салоны красоты, фитнес-клубы, парикмахерские. Модных косметологов. Не совсем самых модных, конечно. На самых модных у Дарьи Ивановны не было денег. Жила она вдвоем с кошкой, зарабатывала немного. И, в основном, деньги уходили на борьбу со старостью.

Внушил ли кто Дарье Ивановне, или сама она пришла к такому выводу, но считала она, что со старением жизнь человека заканчивается. И надо быть вечно юной, вечно веселой, и тогда будешь живой.
Тем временем старость подбиралась к Дарье Ивановне все ближе, касалась ее сухими пальцами. И бежала Дарья Ивановна в страхе делать маски и укладки, чтобы еще день выиграть для «жизни»… Хотя, что за жизнь у нее была такая особенная? Скучная работа в душном кабинете, кошка да телевизор.

Иногда, правда, Дарья Ивановна ходила в музеи, на выставки. Могла пойти в кино с подругою, если удавалось эту подругу уговорить. Подруги у Дарьи Ивановны были уже людьми зрелыми, воспитывали внуков. И в кино им было ходить недосуг.

Но недавно вышел хороший фильм. Про лихие приключения и красивые отношения. И Дарья Ивановна решилась пойти одна, потому что рекламировали фильм много, и ей стало любопытно.
Она купила в кассе билет и прошла в зал. Отказалась от конфет, колы, попкорна и мороженого, потому что соблюдала диету. Устроилась в мягком кресле. Потушили свет.

Сначала, как всегда, пошла реклама… Потом стали показывать сам фильм, прерывая его то и дело на рекламные паузы. И вот, когда очередная юница рекламировала очередной крем от морщин (Дарья Ивановна взяла его на заметку), сидящий справа от нее мужчина наклонился и прошептал:
– Мы вам поможем. ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ »

Меланхоличная погода

Меланхоличная погода…
Снаружи дождь. Внутри – тоска.
Как странно! в это время года
Болит немного у виска.

Томит неясная тревога,
И в небе чудится полет.
Гул ветра, жалобный немного,
Как будто вдаль меня зовет…

Дуб на углу скрипит и стонет,
И ветер листья вдаль унес…
Подставлю я дождю ладони,
И наберу пригоршни слез.

Распушились деревья лениво

Распушились деревья лениво
И застыли в притворном покое.
А одно сжалось так сиротливо
И нахмурилось, злое, сухое.

Пережило и холод, и ветер,
И под снегом трещало и гнулось.
Всё мечтало о солнце, о лете…
Но от зимнего сна не проснулось.

Я не спешу покинуть этот мир

Я не спешу покинуть этот мир.
Ведь здесь еще так много для забавы!
Последний не развенчан мой кумир,
И мало наглоталась я отравы.

Отравы “дружбы” подлой и любви.
Густого яда вежливых симпатий.
Но я молчу. Уста мои в крови —
Так боль остра не вылитых проклятий.