Найдите зуб трехцветного волчонка.
Возьмите коготь тигра, а потом
Дракона синеглазого печенку
И огненным залейте всё вином,
И зелье кипятите в лунном свете.
Когда напиток станет молоком,
Его вы отнесите мертвым детям,
Которые гуляют босиком.
Согрейте детям тоненькие руки,
И обнимите, спойте песню им…
Тогда в ночи растают ваши муки,
И сердце перестанет быть пустым.
Я забуду веселые краски.
С глаз смахну надоевшую соль.
Раньше жизнь предлагала мне сказки,
А теперь – одиночества боль.
Раньше бабочкой яркой парило
Сердце, веря восторгам “друзей”.
Стану молью сухой, сизокрылой.
Сдам себя в позабытый музей.
Здесь – привычный ад, уют,
Шепот пустоты.
С неба скорбно падают
Сдохшие мечты.
Здесь повсюду пыль. Я
Увязаю в ней.
Отрываю крылья.
С ними тяжелей.
Работа mareCaligine
На сто восьмой минуте бытия
Я вижу тень. Похоже на собаку.
И, безусловно повинуясь знаку,
Иду туда, где бродим ты и я.
И я смотрю, охвачена тоской,
Как ты и я уходим вдаль куда-то.
На фоне неизбежного заката.
На фоне лжи, сусально-золотой.
Если б можно было вырвать душу,
Бросить в прорубь… Бросить зло и больно —
Путь утонет! Хватит! Всё! Довольно.
Стану тверже, злее. Стану суше.
Мокнуть вновь не буду я слезами.
Сердца мякоть ранить вновь не буду.
Я забуду. Всё и всех забуду!
Стану камнем. И сольюсь с горами.