Я узник собственной души,
Дитя упрёков и сомнений.
Нет проку, сколько не пиши
Заумных тех стихотворений.
Порою с Музами парю,
Вдохновлена… но временами
Я чушь какую-то творю,
Считая дивными стихами.
Здравствуй, мое горе! Заходи…
Здравствуй, мое горе! Заходи…
Я тебе, как странно! даже рада.
Ты – моя достойная награда,
За надежду глупую суди.
Раскрывай фланелевые крылья
И души, души мою любовь…
Ну, а завтра возвращайся вновь
И засыпь ее трухой и пылью.
Надежда и вера в себя – два корня упрямого древа
Надежда и вера в себя –
Два корня упрямого древа.
Ветвями эфир теребя,
Крепится у пропасти зева.
Настойчиво кверху растет,
В извечность стремится сквозь время.
Под солнцем палящим цветет,
Рождая упорное семя.
Заметно возвысилось небо
Заметно возвысилось небо,
Поблекла привычная просинь.
Ах, сделаться птицею мне бы,
Покинуть промозглую осень.
Умчать на зимовку с ветрами,
Вернуться обратно весною…
Но крылья не вырастут сами,
А значит, останусь собою.
Стрелки часов переходят рывками вперед
Стрелки часов переходят рывками вперед.
Мертвая ведьма тайком навещает ночами.
Ждет, когда тьма безучастно сомкнется над нами
И навсегда из реального мира сотрет.
Солнце в окошки сочится опять поутру.
Мы пережили ночную бессветную хворость.
Время включает обратно нормальную скорость.
Ведьма уходит скрываться в лесную нору.
